— Нового много, — кивнул чикош. — Да, пашут теперь трактором. Но от коня венгр не откажется. Нет, ни за что! Профессия моя, надо надеяться, бессмертная.
Мы перешли мост через реку Хортобадь, и вскоре за стеной густого ивняка в знойном мареве пусты возник белый поселок. Конюшни, жилые дома, лаборатория, склады — все это построено недавно, дышит добросовестностью и чистотой.
— В степи мы не ночуем,—сказал мой знакомый. — Сдаю табун сменщику, сажусь на мотоцикл — и домой.
Зимой кони под кровом, в тепле. Полудиких лошадей, не ведающих стойла, теперь в Венгрии почти нет. За животными ухаживают люди в белых халатах. Кормят по правилам науки, чистят, следят за здоровьем, самочувствием. Впрочем, слово «животное», как сказал мне чикош, в Венгрии к коню неприменимо. Конь— это конь, существо особое. Из бессловесных тварей умнейшее…
— Вы посмотрите на наших коней! Это же сокровище!
В самом деле, трудно оторвать глаза от красавца светло-коричневой масти, стройного, чуткого. От своих предков, носивших всадников Арпа-да, он унаследовал выносливость, силу. Но местная порода — низкорослая, а у этого жеребца длинные ноги, изящный изгиб шеи. Зоотехники улучшают породы, скрещивают. Для этого конный завод получает лошадей из разных стран. Русская, орловская, порода сообщает потомству силу, работоспособность. Рабочие лошади еще нужны в хозяйстве — в особенности в горных местностях, где трактору трудно развернуться.

Жеребец, которым я любуюсь, выращен не для того, чтобы пахать или возить мешки с мукой, чаны с виноградом, корзины с зеленым перцем или помидорами. Это типичный рысак.
Оказывается, передо мной один из многочисленных потомков Баяна— знаменитого арабского рекордиста. Во всем мире не нашлось коня, равного ему по быстроте бега. Славился он и красотой и добрым нравом, понятливостью — словом, всеми доступными лошади качествами. Недаром Баяну поставлен памятник. К тому же все его спортивные достижения увековечены на таблицах в сельскохозяйственном музее в Будапеште.
Интересна история Баяна. И необычна биография человека, который привез его в Венгрию.

В конце прошлого века один венгр, закупавший чистокровных лошадей в Сирии, взял в помощники бойкого, смекалистого деревенского мальчугана-араба. Вместе они ездили по селениям. Венгр полюбил мальчика, забрал его — с согласия бедняков родителей — с собой в Венгрию, отдал учиться. Михай Фадлалла эль-Хедад — так стали именовать мальчика — проявил поразительные способности, сделал блестящую карьеру. Он стал автором многих научных трудов, признанным главой всего коннозаводского дела в Венгрии. Многим богатым и знатным пришлось потесниться, дать дорогу арабу из безвестной сирийской деревушки. . .
На старости лет Фадлалла решил побывать в родных местах. Он-то и обнаружил быстроногого, грациозного жеребенка — будущего несравненного рысака Баяна.

С давних пор в Венгрии подбирали коней для гусарских полков. В этой стране они и возникли. В расшитом гусарском мундире с витыми петлями на груди нетрудно разглядеть детали одежды чикоша. Гусар считался воплощением отваги, ловкости. Теперь коня в армии заменяет мотор, парадное сияние конной гвардии ушло в прошлое. Однако старинный гусарский сигнал к походу мне довелось услышать.
Сыграли его, подняв фанфары, юные пионеры в красных галстуках на учебном плацу клуба верховой езды, в степном городке. Ребята прекрасно держались в седлах, умело гарцевали, одолевали препятствия.

Верховая езда привлекает людей всех возрастов,и не только в Венгрии. Горожане, утомленные суетой, машинами, каменными теснинами, стремятся на простор, к природе. Конь меньше помогает человеку в работе, зато он все нужнее нам в дни отдыха, общения с природой.
Я не раз встречал в степи приезжих из разных стран — одни проводили отпуск, катались на венгерских лошадях, другие — из мира коммерции — закупали коней. Кони — исконное сокровище пусты, но, разумеется, не единственное.
zobnatica

 

Об авторе: putnik

Картинка профиля putnik