Когда оказываешься в Сайгоне, то есть, простите, в Хошимине, минут десять не можешь понять, куда попала. Едешь в такси, смотришь в окно и пытаешься закрыть рот, который от удивления все время норовит раскрыться. Чувствуешь себя голодным советским ребенком, которого впервые вывезли за границу. Потому что за неделю жизни в Северном и Центральном Вьетнаме привыкаешь к пионерам, красным флагам и бедности.

А тут тебе и небоскребы из стекла и бетона, и французские бульвары с кафе, и бутики. Здесь все другое. Даже люди, которые не боятся улыбаться, предпочитают бейсболки соломенным шляпам, носят тунику поверх нарочно драных джинсов и ездят, страшно сказать, не только на мотороллерах, но и на машинах, Очень условно город можно поделить на четрые части.

Французскую колониальную — с собором Сайгонской Богоматери, виллами, ресторанчиками. Американскую — с небоскребами, роскошными отелями (самый легендарный из них — Caravelle Hotel, в нем во время войны западные журналисты отстукивали на пишущих машинках статьи про новые зверства красных). Китайскую — с самым большим в регионе рынком, занимающим несколько кварталов; и собственно вьетнамскую.
saigon1
Четких границ между этими частями нет, одна плавно перетекает в другую, и на стыках можно улыбаться причудливым сочетаниям. Элементы колониального стиля переплетаются с местными архитектурными традициями. Получается такой вьетнамский постмодернизм, в котором розовый 5-этажный дом-пенал может быть украшен одновременно и резными балясинами, и окошками с изразцами в стиле арнуво.

По Хошимину можно было бы гулять бесконечно, если бы не 35-градусная жара! Приходится все время заглядывать в магазины, чтобы привести температуру тела в норму. Бегом-бегом в зоопарк — посмотреть на то, что клетку с обезьянами никто не закрывает, и они прогуливаются по территории и заходят обратно, когда надоедает. Потом прыгнуть в такси и тормознуть шофера у первой попавшейся кафухи. Здесь все как во Франции начала XX века: круглые мраморные столики на одной ножке, деревянные стулья, афиши… Здесь можно расслабиться, отдышаться, главное — не верить написанному в меню. Потому что интерьер остался прежним, а повара-француза простыл и след.

А что нынешний шеф называет «салатом нисуаз», не знает никто. Потом стоит вновь поймать такси и поехать на китайский рынок, где улицы перегораживают баррикады из упаковок с разнообразным ширпотребом. После обеда у продавцов начинается сиеста, они ложатся в висящий за баррикадами гамак, прикрывают лицо газеткой и отдыхают в поте лица. Ну, а под занавес надо решиться отправиться в один , из лучших этнографических музеев мира. Рассматривая костюмы, дома и орудия труда разных народностей Вьетнама, читая сопроводительные таблички о том, что до сих пор в горах сохранились племена, занимающиеся охотой и собирательством, поклясться себе, что вернешься во Вьетнам — досматривать.

 

Об авторе: putnik

Картинка профиля putnik